Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Уголовное право - Отказ адвоката от защиты по уголовному делу

Отказ адвоката от защиты по уголовному делу

Отказ адвоката от защиты по уголовному делу

Бесплатный вопрос юристам онлайн


Если Вам трудно сформулировать вопрос — позвоните, юрист Вам поможет: Бесплатно с мобильных и городских Бесплатный многоканальный телефон Если Вам трудно сформулировать вопрос — позвоните по бесплатному многоканальному телефону , юрист Вам поможет

Подписаться на уведомления Мобильноеприложение Мы в соц. сетях

© 2000-2020 Юридическая социальная сеть 9111.ru *Ответ на вопрос за 5 минут гарантируется авторам VIP-вопросов. Москва Комсомольский пр., д. 7 Санкт-Петербург наб. р. Фонтанки, д. 59 Екатеринбург: Нижний Новгород: Ростов-на-Дону: Казань: Челябинск: закрыть

Адвокатам позволят отказаться от защиты ради законности // ФПА опубликовала проект стандартов помощи по уголовным делам

Федеральная палата адвокатов (ФПА) опубликовала стандарта оказания помощи адвокатами по уголовным делам.

Он позволяет адвокатам отказываться от защиты при вопиющем нарушении следствием и судом правил уголовного процесса, чтобы не «лигитимизировать» происходящее. Согласно проекту защитники, как правило, должны будут подавать апелляционные жалобы на приговоры.

А адвокатам по назначению следует подождать сутки, чтобы дать возможность явиться тому адвокату, которого выбрал сам подзащитный.Документ называется

«Стандарт участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве»

.

Он содержит

«минимальные требования, которые необходимо соблюдать адвокату-защитнику при выполнении профессиональных обязанностей»

, сказано в преамбуле.

Разработкой занималась рабочая группа Комиссии по этике и стандартам ФПА.Один из основных вопросов, который регулирует документ, — принятие защиты в ситуации, когда выбор делается не самим подзащитным.

В первую очередь это касается «государственных» защитников — адвокатов, которых назначают следственные органы. Такие адвокаты не могут принять защиту в первые сутки — в этот период они должны ждать, пока явится приглашенный подзащитным адвокат.

Одновременно следует разъяснить подзащитному право пригласить своего адвоката (п.

2 ст. 3 проекта). Если у подзащитного уже есть адвокат, защитник по назначению не может вступить в дело. Исключение сделано для случаев, когда адвокат по соглашению не может принять участие в следственном действии или судебном заседании в течение пяти суток. Но и тогда, принимая защиту, государственный защитник должен убедиться, что адвоката по соглашению уведомили должным образом (п.

3 ст. 3).Одна из важных проблем — должен ли защитник обжаловать вынесенный приговор. В проекте предлагается установить обязанность подавать апелляционную жалобу, если к тому есть основания. Под ними понимается наличие благоприятных для подзащитного оснований для обжалования или отказ суда разделить позицию адвоката (например, назначено более тяжкое наказание).

Это означает, что, как правило, адвокат должен будет подавать апелляцию. Исключение — отказ самого осужденного.

Впрочем, и такой отказ адвокат должен проигнорировать, если его клиент приговорен к пожизненному лишению свободы или смертной казни (п.

5 ст. 12). Также можно подать жалобу, несмотря на отказ подзащитного, если приговор суров (более 15 лет лишения свободы), если есть подозрения в давлении на подзащитного или самооговоре, а также если он не может самостоятельно осуществлять защиту или не владеет русским языком.С апелляционным обжалованием связан и вопрос, который не решен разработчиками, — когда адвокат по назначению считается исполнившим свой долг. По одной версии он должен участвовать в процессе до вступления решения в законную силу, что подразумевает и участие в апелляции.

Альтернативный вариант предполагает, что его участие ограничивается подачей апелляционный жалобы, а для участия в заседании защитник должен быть назначен отдельно (п. 15 ст. 8, п. 1 ст. 11).Проект стандарта позволяет также в определенных случаях отказаться от защиты из-за действий стороны обвинения или суда.

15 ст. 8, п. 1 ст. 11).Проект стандарта позволяет также в определенных случаях отказаться от защиты из-за действий стороны обвинения или суда.

Речь идет о ситуации, когда следователь или судья, по мнению адвоката, нарушает закон настолько, что это подрывает «базовые принципы уголовного судопроизводства».

Отказ от защиты при таких условиях может быть на пользу клиенту, потому что иначе участие адвоката, «по сути, легитимизирует нарушение прав» клиента (п.

2 и 3 ст. 13). Об отказе от защиты адвокат должен сделать письменное заявление и сообщить об этом в совет адвокатской палаты субъекта.Отказ от защиты — крайняя мера, которая по общему правилу адвокату не позволяется и может рассматриваться как нарушение профессиональной этики. Поэтому адвокаты не желают покидать судебные заседания, даже если считают, что судья нарушает закон. Самый резонансный конфликт между судьей и адвокатом произошел в декабре 2014 года.

Тогда судебные приставы буквально вынесли из зала адвоката, отказавшегося покидать заседание по указанию председательствующего судьи (см.

Вадима Лютенкова). Адвокат заявлял, что уход из зала суда будет означать отказ от защиты.

Возможно, Стандарт защиты позволит избежать подобных конфликтов.Замечания и предложения к Стандарту участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве рабочая группа будет принимать до конца октября 2016 года по электронному адресу Окончательную версию Стандарта должен утвердить съезд ФПА в апреле следующего года, «Ведомостям» глава палаты Юрий Пилипенко. Он должен стать частью Кодекса адвокатской этики.

Основания и порядок расторжения соглашения на защиту и прекращение защиты.

Практические рекомендации

24 апреля на пленарном заседании Третьей научно-практической Конференции молодых адвокатов «Традиции и новации адвокатуры» в Челябинске разгорелась живая дискуссия о последствиях отказа доверителя оплачивать работу адвоката по соглашению. Инициировал обсуждение адвокат Денис Саушкин.

Первый вице-президент АПМ Генри Резник и вице-президент Вадим Клювгант подробно проанализировали вопросы, связанные с основаниями и порядком расторжения соглашения на защиту и прекращения защиты по уголовному делу, вызывающие споры в профессиональном сообществе, и дали практические рекомендации адвокатам. Соглашение об оказании юридической помощи является оcобым видом гражданско-правового договора.

Генри Резник, говоря о сущности соглашения об оказании юридической помощи, отметил, что это гражданско-правовой договор, но он не может полностью быть отнесён ни к одному виду договоров, предусмотренных Гражданским кодексом.

Но наиболее близок он к договору поручения. Его можно назвать «адвокатским» договором, в котором есть доверитель, есть поручение и есть адвокат (поверенный). Отличает этот договор, то, что сам адвокат не может отказаться от оказания юридической помощи, когда её предметом является уголовная защита.

Статья 25 ФЗ

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

четко прописывает, что вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются ГК с изъятиями, предусмотренными настоящим ФЗ. Риск привлечения адвоката к уголовной ответственности в связи с необоснованно полученным гонораром.

Комментируя случаи уголовного преследования адвокатов, обвиняемых в завышенной стоимости оказанной юридической помощи, Генри Резник посоветовал адвокатам при заключении соглашения с юридическими лицами, и тем более с государственными предприятиями, четко прописывать в соглашении и документально обосновывать каждое действие, «буквально каждый чих», при составлении отчетов о выполненной работе и выставлении счетов. Почему лучше не заключать соглашение на безвозмедное оказание услуг.

Говоря о заключении соглашения на бесплатное оказание услуг, Генри Резник рекомендовал адвокатам прописывать в договоре хотя бы 1 рубль, поскольку впоследствии это может навредить самому доверителю.

«Никто не запрещает адвокату заключить соглашение на 1 рубль. Почему нельзя целиком бесплатно?

Потому что могут вменить доверителю необоснованно полученный доход в виде бесплатной юридической помощи». Может ли быть расторгнуто соглашение, если доверитель перестает платить?

Генри Резник отметил, что на этапе заключения соглашения с доверителем очень важно тщательнейшим образом подходить к формулировкам условий договора.

В дисциплинарных производствах очень часто встречаются претензии к адвокату, что он не выполнил свои обязательства, взял деньги и ушел. В таких случаях Квалификационная комиссия и Совет Адвокатской палаты города Москвы прежде всего смотрят на составленный договор. И если в нем есть какая-то неопределенность или двойственные трактовки, то вина за это будет возложена на адвоката, поскольку он юрист, профессиональный участник отношений с доверителем.

Отвечая на вопрос, может ли адвокат самостоятельно прекратить уголовную защиту, Генри Резник ответил положительно. «У нас даже есть разногласия с другими региональными палатами в этой части. Есть два основания нахождения адвоката в процессе, они предусмотрены законом: соглашение и назначение.

И в договоре обязательно должны быть указаны условия оказания помощи и порядок оплаты.

У нас стадийное построение уголовного процесса.

В основном заключается соглашение на стадию, что вовсе не исключает свободы договора. Можно заключить и на две стадии, но все должно быть четко прописано. Аккордно определяется и размер гонорара.

Возможна такая ситуация, что адвокат заключил соглашение на стадию, думая, что она будет длиться месяц-полтора, а длится дольше.

И вот в таком случае, если он выходит из дела, потому что не рассчитал время, это повод к возбуждению дисциплинарного производства, поскольку нарушаются условия договора». Во избежание подобных ситуаций можно устанавливать помесячную или почасовую оплату.

И в таком случае, если в договоре прописано, что оплата вносится, например, не позднее 10 числа — либо авансируется, либо оплачивается по результату, а доверитель не выполняет эти условия, адвокат имеет полное право выйти из процесса, предварительно и надлежащим образом уведомив об этом. Понуждать адвоката оставаться в процессе, когда не оплачивается его работа, абсолютно безосновательно.

Генри Резник порекомендовал в самом соглашении указывать, что в случае непоступления оплаты к определенному сроку соглашение считается расторгнутым доверителем.

«Не надо смешивать процессуальное действие – заявление отказа от защитника или его отвод – с ликвидацией самого основания нахождения адвоката в процессе.

Это два разных юридических основания.

Вот если расторгнуто соглашение, то у адвоката никакого права появляться в процессе и осуществлять какие-либо процессуальные действия не существует.

Следует помнить, что доверитель в любой момент может расторгнуть соглашение с адвокатом, это его святое право», — отметил Первый вице-президент Адвокатской палаты Москвы. Адвокат не может пересматривать самостоятельно условия соглашения. Но если четко прописано, что начисляется помесячная оплата, и когда оплата прекращается, уже вы, как адвокат, должны самостоятельно решать, оставаться в деле или нет.
Но если четко прописано, что начисляется помесячная оплата, и когда оплата прекращается, уже вы, как адвокат, должны самостоятельно решать, оставаться в деле или нет.

Вряд ли можно представить себе адвоката, который выйдет из дела за месяц до окончания процесса, потому что произошло какое-то несчастье, и доверитель не в состоянии оплатить работу. В любом случае надо обязательно направить доверителю уведомление о том, что нарушен порядок оплаты. И если оплата не поступит в течение определенного времени, то в соответствии с условиями соглашения оно считается расторгнутым.

Совет Адвокатской палаты Москвы дал разъяснения по этому вопросу ещё в 2007 году. Некоторые считают, что адвокат обязан оставаться в деле до конца, если оплата перестала поступать, и осуществлять защиту по назначению.

Но такое понимание не соответствует сути адвокатской деятельности по осуществлению защиты по причинам, названным выше. Кроме того, порядок назначения защитника устанавливается Советом адвокатской палаты. Пояснения Генри Резника к пункту 17 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве.

П. 17 Стандарта: «Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты.

Адвокат участвует в уголовном деле до полного исполнения принятых им на себя обязательств, за исключением случаев, предусмотренных законодательством и (или) разъяснениями Комиссии Федеральной палаты адвокатов по этике и стандартам, утвержденными Советом Федеральной палаты адвокатов». Адвокат действительно исполняет поручение до того момента, когда наступает основание для того, чтобы он его уже не исполнял.

Адвокат действительно исполняет поручение до того момента, когда наступает основание для того, чтобы он его уже не исполнял.

Адвокат вообще не объект бессрочного государственного пользования или пользования своим доверителем. Заключается соглашение, в котором есть помесячная оплата, есть длительное дело.

Сам доверитель дает на это согласие, потом перестает платить. Адвоката нельзя принуждать к защите. Иные толкования идут из советских времен, когда не было соглашения с адвокатом.

Ранее соглашение заключалось с коллегией адвокатов. Есть ст. 25 Закона об адвокатуре, и никто не вправе нарушать нормы этого закона, которые регулируют заключение и расторжение соглашения. Как адвокату избежать дисциплинарной ответственности в связи с выходом из соглашения.

Достаточно ли адвокату в случае спора со следователем или судом, заявляющим о срыве адвокатом следственных действий или отказе от защиты, представить подтверждения того, что доверитель уведомлен о неисполнении им обязательств по соглашению, в связи с чем оно прекращает свое действие, и поданное следователю или в суд заявление об уведомлении о прекращении защиты в связи с расторжением договора? Вице-президент Адвокатской палаты города Москвы Вадим Клювгант обратил внимание, что в рассматриваемой ситуации вообще не имеет места отказ адвоката от принятой на себя защиты. Это неправильная правовая квалификация ситуации.

В данном случае имеет место отказ доверителя от соглашения путем неисполнения обязательств доверителем по этому соглашению.

И вопрос заключается в том, что это обязательство доверителя и последствия его неисполнения должны быть исчерпывающим образом, исключающим двоякое толкование, прописаны в соглашении.

И поделился трехступенчатой конструкцией в соглашениях, которая используются в его адвокатском образовании: 1. После определенного срока неоплаты гонорара мы обращаемся к доверителю с просьбой пояснить причину. 2. После наступления следующего срока мы обращаемся к доверителю с напоминанием о том, что у него есть задолженность, нет этому пояснений, и если ситуация не изменится, то наступит «последний рубеж».

3. При достижении последнего рубежа мы уведомляем доверителя о том, что ввиду неисполнения им обязательств по соглашению, оно расторгнуто с определённой даты. И в этот же момент мы уведомляем лицо, в чьём производстве находится дело, о прекращении своего участия в связи с расторжением соглашения. Уведомления направляются доверителю надлежащим способом, который заранее оговорен в соглашении для всех коммуникаций.

Если все это соблюдено и своевременно совершены все необходимые действия надлежащим образом, этого достаточно для оценки профессионального поведения московского адвоката как не упречного. Вадим Клювгант призвал не забывать и об этической стороне такой ситуации и рассматривать каждую ситуацию неоплаты индивидуально, но в то же время не превращаться в рабов и заложников доверителей.

«В каждом случае мы смотрим на то, насколько ситуация прозрачна для нас и насколько заставляет нас оставаться в деле. Это вопрос усмотрения в каждом конкретном случае. Мы должны на себя принимать эти риски и управлять ими».

Заключение соглашения третьим лицом. Генри Резник отдельно выделил сложную ситуацию, когда заключается соглашение третьим лицом в пользу подзащитного, который не дает согласия на выход адвоката из процесса. О разрешении этой коллизии тоже нужно позаботиться с самого начала, когда заключается соглашение.

Если иное не предусмотрено договором, то такая ситуация регулируется нормами ГК РФ (Статья 430. «Договор в пользу третьего лица»). И регулирование это таково, что в подобном случае защитник обязан остаться.

Значит, нужно правильно и предусмотрительно составлять соглашение.

Генри Маркович обратил внимание на то, что у подзащитного ничем не ограничено право в любой момент расторгнуть договор с адвокатом, и многие этим пользуются.

Но у следователя или суда появляется право ввести адвоката по назначению, если имеет место злоупотребление этим правом путём постоянной замены адвокатов по соглашению. Необходимо умело владеть всем правым инструментарием, тогда никаких претензий к адвокату не будет.

Представление интересов свидетелей. Есть ли рекомендации при заключении соглашения на представление интересов свидетелей? Генри Резник: «Обязательного в силу закона представления интересов потерпевшего или свидетеля нет.

Если свидетель приходит без адвоката, то его и допрашивают без адвоката. Если он приходит с адвокатом, то презюмируется, что он от адвоката не отказывается».

Вадим Клювгант: «Что касается Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, то уже в его названии очерчен предмет регулирования. Он — только о защите. Кроме того, запрет отказа от защиты – это законодательная норма именно для защитника, не для представителя. Поэтому отношения между иными участниками уголовного судопроизводства и адвокатом регулируются совокупностью норм ФЗ

«Об адвокатуре и адвокатской деятельности в Российской Федерации»

(ст.

25) и ГК РФ. И адвокат может инициировать расторжение соглашения в данном случае без оглядки на уголовно-процессуальный запрет для защитника. Расширенное толкование норм закона об адвокатской деятельности и профессионально-этических требований может быть только в сторону смягчения ответственности адвоката, в сторону же ужесточения ничего расширено быть не может.

В Москве это точно так». Фото: Адвокатская палата Челябинской области. Видео: адвокат Вячеслав Голенев. Больше фото по .

Адвокат в процессе не является объектом неограниченного государственного пользования

19 апреля 2007 г.

Совет Адвокатской палаты г. Москвы дал Разъяснение

«Об основаниях прекращения участия адвоката-защитника в уголовном деле»

. В нем содержались рекомендации, как вести себя адвокату в двух ситуациях: 1) когда обвиняемый (подозреваемый) от него отказывается; 2) когда доверитель расторгает соглашение на защиту.

В последнее время по данным вопросам в адвокатском сообществе возникла дискуссия, в ходе которой позиция столичного Совета подверглась критике.

Считаю необходимым на нее ответить.Отказ от защитника, участвующего в судопроизводстве по назначениюВ отношении отказа от защитника позиция Совета АП г.

Москвы состояла в следующем. Ходатайство о таком отказе обязан незамедлительно разрешать следователь путем вынесения мотивированного постановления в письменной форме. При отказе следователя вынести соответствующее постановление адвокат должен подать следователю письменное ходатайство о рассмотрении заявления обвиняемого.
При отказе следователя вынести соответствующее постановление адвокат должен подать следователю письменное ходатайство о рассмотрении заявления обвиняемого.

В случае отказа рассмотреть это ходатайство необходимо заявить о невозможности продолжать участвовать в процессуальном действии и покинуть место его производства, незамедлительно обжаловав действия (бездействие) следователя в соответствии с гл. 16 УПК РФ. Если же ходатайство об отказе от защитника рассматривается и не удовлетворяется, адвокат обязан продолжать участвовать в деле, ибо в силу ст.

52 УПК РФ такой отказ для следователя не обязателен.Это разъяснение некоторые коллеги сочли недостаточным.

Так, Совет АП Санкт-Петербурга 29 мая 2013 г. утвердил своим решением

«Системный правоприменительный комментарий к статье 52 Уголовно-процессуального кодекса РФ “Отказ от защитника”»

. В нем развита мысль о том, что единственным основанием к непринятию надлежаще оформленного отказа от защитника может служить лишь подтвержденный фактами вывод, что этот отказ был «вынужденным и причиняющим вред его [обвиняемого, подозреваемого.

– Г.Р.] законным интересам». Если же установлено, что волеизъявление лица, привлекаемого к уголовной ответственности, было свободным и добровольным, отклонение правоприменительным органом заявления об отказе от защитника недопустимо, и, следовательно, у адвоката нет законного основания продолжать осуществление защиты.Изложенную позицию поддержала Экспертно-методическая комиссия Совета ФПА РФ (ЭМК), рекомендовавшая советам адвокатских палат разъяснить адвокатам, «что обязанности защитника возникают у адвоката лишь тогда, когда в этом качестве его признает подзащитный. Если адвокат принудительно, вопреки воле обвиняемого (подозреваемого) навязывается ему, у адвоката не возникает законного права защищать обвиняемого (подозреваемого) и, следовательно, нет обязанностей защитника, от которых он был бы не вправе отказаться.

Поэтому адвокаты не должны принимать участие в уголовном судопроизводстве в качестве защитников по соглашению или по назначению против воли обвиняемых (подозреваемых) при условии, что такой отказ от адвоката не является вынужденным и причиняющим вред законным интересам обвиняемого (подозреваемого)».Такие суждения представляются излишне радикальными. Не следует делать чрезмерный акцент на воле обвиняемого (подозреваемого) как непременном условии профессиональной уголовной защиты.

Отечественный УПК в полном согласии с международно признанными стандартами современного состязательного процесса предусматривает обязательное участие адвоката по широкому кругу уголовных дел: если профессиональный защитник не приглашен, он назначается. При этом у обвиняемого (подозреваемого) нет права выбора защитника: следователь или суд посылает обезличенный запрос в коллегию или бюро (исключение – адвокатский кабинет), и в соответствии с принятым в адвокатском образовании графиком в процесс направляется адвокат, свободный от участия в делах по соглашению.

Иными словами, если использовать терминологию ЭМК, назначенный адвокат как раз «навязывается» государством лицу, привлеченному к уголовной ответственности.Позиция оппонентов Совета АП г. Москвы попросту ликвидирует институт обязательной защиты, поскольку, следуя ей, каждый адвокат, убедившись в том, что отказ от него обвиняемого, желающего защищать себя самостоятельно, является актом свободного волеизъявления, станет покидать место выполнения процессуальных действий.Сказанное не означает, что адвокат не должен такой отказ поддерживать.

Напротив, как неоднократно разъяснял Совет АП г. Москвы, ему следует заявлять о невозможности защищать обвиняемого (подозреваемого) при отсутствии к нему доверия. Но разрешать отказ – процессуальная компетенция следователя и суда. И если ходатайство об отказе не удовлетворено, адвокат не вправе выходить из дела.Отказ от защитника, участвующего в судопроизводстве по соглашениюВ Разъяснении обращено внимание на отличие отказа от защитника от расторжения соглашения на защиту.

И если ходатайство об отказе не удовлетворено, адвокат не вправе выходить из дела.Отказ от защитника, участвующего в судопроизводстве по соглашениюВ Разъяснении обращено внимание на отличие отказа от защитника от расторжения соглашения на защиту.

Первая ситуация регулируется нормами УПК РФ, вторая – нормами ГК РФ с изъятиями, предусмотренными Федеральным законом

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

. Отказ от защитника может быть не удовлетворен следователем или судом, а расторжение соглашения ликвидирует само основание участия адвоката в процессе, прекращает обязательства сторон.

Вторая ситуация требует более подробного разбора.На основе совокупного анализа норм гражданского, уголовно-процессуального законодательства и законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре Совет АП г. Москвы пришел к выводу, что расторгать в одностороннем порядке по своей инициативе соглашение на защиту не вправе только адвокат, но такого права не лишен доверитель.Доверитель может расторгнуть соглашение с адвокатом в любой момент производства по делу, что является юридическим фактом, лишающим адвоката права осуществлять какие-либо процессуальные действия в интересах своего бывшего подзащитного.Если доверителем адвоката является не подзащитный, а иное лицо, то при расторжении им заключенного с адвокатом соглашения об оказании юридической помощи назначенному доверителем лицу (подозреваемому, обвиняемому) мнение бывшего подзащитного, желающего, чтобы адвокат продолжал его защиту, не может служить основанием для продолжения участия адвоката в деле.

В такой ситуации адвокат может обсудить с обвиняемым возможность заключения нового соглашения и только после претворения этой возможности в реальность получить правовое основание для возобновления собственной защиты.Критикуя Разъяснение, ЭМК сочла, что оно, в частности, дано в нарушение ст. 450 ГК РФ и в действительности право расторгать соглашение на защиту в одностороннем порядке у доверителя отсутствует.ЭМК также поддержала мнение коллеги – члена Совета АП Красноярского края И.С.

Богдановой о том, что одного факта расторжения обвиняемым (подозреваемым) соглашения на защиту для фактического прекращения участия адвоката в уголовном деле недостаточно и доверитель помимо расторжения соглашения должен еще заявить отказ от адвоката в соответствии со ст.

52 УПК РФ, а поскольку она «носит общий и универсальный характер», следователь и суд вправе ходатайство об отказе не удовлетворить.Отрицать право доверителя расторгать соглашение на защиту в одностороннем порядке – чистейшее заблуждение.

Статья 450 ГК РФ устанавливает:

«Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором»

. Сам ГК РФ допускает одностороннее расторжение договоров, в первую очередь договора поручения (ст.

977), в силу того, что он носит строго личностно-доверительный характер. Доверитель вправе отказаться от своих обязательств и тем самым отменить договор поручения в любое время и без какого бы то ни было объяснения причин отказа.

Это право является императивным, любое соглашение об отказе от него ничтожно.

Было бы странно, если бы в таком праве было отказано доверителю в соглашении на уголовную защиту.Крайне сомнительны наделение норм УПК РФ «общим и универсальным характером», распространение их действия на гражданско-правовые отношения. Как известно, соглашение на оказание юридической помощи представляет собой гражданско-правовой договор и вопросы его расторжения регулируются ГК РФ с изъятиями, предусмотренными Федеральным законом

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

.

Единственное изъятие, им предусмотренное, –

«адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты»

(подп. 6 п. 4 ст. 6) – означает запрет расторгать соглашение на защиту в одностороннем порядке адвокату, но не лишает такого права доверителя.Коллегам следовало бы задуматься над простым вопросом: на каком основании адвокат будет находиться в процессе при расторгнутом соглашении? Очевидно, только в случае, если следователь или суд обяжет его продолжать защищать по назначению.

Но такого права у них нет: определение порядка защиты по назначению относится к исключительной компетенции совета региональной палаты.Применение ст. 430 ГК РФ к расторжению соглашения на защитуКоллега И.С.

Богданова обращает внимание на то, что в Разъяснении обойдена молчанием ст.

430 ГК РФ, регламентирующая договор в пользу третьего лица. Подмечено справедливо. Несправедливо только Совет за это порицать.

Разъяснения советов адвокатских палат – не научный комментарий закона. Они даются по запросам адвокатов, вырастают из конкретных дисциплинарных производств.

В дисциплинарной практике АП г. Москвы не наблюдалось ни одного случая, когда подзащитный возражал бы против расторжения соглашения на защиту доверителем – иным лицом. Посему такой сюжет в Разъяснении не рассматривался, и оно было посвящено конфликтам, когда соглашение расторгнуто законно, подзащитный от адвоката отказывается, а следователь и суд ходатайство об отказе не удовлетворяют и направляют в Адвокатскую палату представления о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.Но коль скоро вопрос о применении ст.

430 ГК РФ к расторжению соглашения на защиту поднят, выскажу на сей счет свои соображения.В соответствии с ч. 2 ст. 430 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, с момента выражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться своим правом по договору стороны не могут расторгать или изменять заключенный ими договор без согласия третьего лица. Норма эта носит диспозитивный и вместе с тем бланкетный характер.

Стороны не лишаются права заключать соглашение о расторжении договора, влекущее прекращение прав третьего лица, но такую возможность необходимо предусмотреть в самом договоре.Норма, закрепленная ч.

2 ст. 430 ГК РФ, несомненно, подлежит учету адвокатами при заключении соглашения на защиту с доверителями – иными лицами. В соглашении должны быть четко указаны основания его расторжения. Для адвокатов они чаще всего связаны с такими существенными условиями соглашения, как порядок и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь, а также компенсации расходов, связанных с исполнением поручения.

В соглашение следует включать пункт о том, что при невыплате в обусловленные сроки вознаграждения адвоката (или аванса) и компенсации понесенных им расходов соглашение считается расторгнутым.Адвокат приглашается к защите иными лицами с согласия подозреваемого, обвиняемого.

Желание подзащитного, первоначально согласившегося с условиями договора, продолжать после его расторжения получать помощь адвоката, как уже отмечалось, никакого правового значения иметь не будет.Отсутствие в соглашении оговорки об основаниях его расторжения действительно может поставить адвоката в сложное положение. Если следовать буквально правилам ч. 2 ст. 430 ГК РФ, в случае нарушения доверителем – иным лицом условия об оплате поручения адвокат обязан продолжать защищать обвиняемого, настаивающего на его участии в деле, и вправе после завершения процесса предъявить иск к доверителю о взыскании гонорара.Особенно болезненна такая ситуация при исполнении поручения иногороднего доверителя.

Не думаю, что дисциплинарные органы палаты подойдут слишком строго к «лопухнувшемуся» адвокату, если тот не согласился выехать в другой регион, потому что доверитель отказался оплатить ему проезд и гостиницу.Позиция, согласно которой адвокат при расторгнутом соглашении вправе выйти из дела, только когда следователь или суд выразит на то свое соизволение, – «отрыжка» розыскного советского правосудия с его взглядом на адвоката в процессе как объект неограниченного государственного пользования.Генри РЕЗНИК,вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, президент Адвокатской палаты г.

Москвы

Этические проблемы участия адвоката в судебном разбирательстве в уголовном процессе.

17 октября 2020 Адвокатура призвана содействовать успешному осуществлению правосудия. Вступая в уголовный процесс по приглашению или по назначению, адвокат становится участником уголовного судопроизводства, хотя и связанным с подзащитным, но, тем не менее, самостоятельно осуществляющим функцию огромного общественного значения: защищая подсудимого, он тем самым содействует осуществлению задач уголовного судопроизводства. Адвокат помогает суду установить действительные обстоятельства по уголовному делу, выяснить данные оправдывающие подсудимого или смягчающие его ответственность и правильно применить закон, назначить справедливое наказание.Участие защитника в уголовном деле является реализацией одного из принципов уголовного процесса – права на защиту.

Право на адвоката является конституционным и гарантировано каждому (ч.1 ст.48 Конституции).

Адвокат является участником процесса со стороны защиты.

Также он может быть представителем потерпевшего или гражданского истца – на стороне обвинения. В процессе осуществления своей деятельности адвокат руководствуется положениями законодательства и нормами этики, как общей, так и профессиональной.Как известно, предметом регулирования общей этики является нравственное поведение человека вообще, любой профессии, в любых обстоятельствах.

Предметом адвокатской этики является предписываемое корпоративными правилами должное поведение члена адвокатской ассоциации в тех случаях, когда правовые нормы не устанавливают для него конкретных правил поведения. Поскольку деятельность адвоката направлена на защиту основных прав и свобод человека и гражданина, этика играет очень важную роль в его деятельности. Безусловно, деятельность адвоката регулируется и нормами общей этики, что нашло отражение в Кодексе профессиональной этики адвоката – нормы о вежливом корректном поведении во время работы… Адвокат, не соблюдающий данные нормы, будет подвергнут определенным санкциям со стороны адвокатского сообщества.

Но, в большинстве своем, деятельность адвоката регулируется нормами профессиональной этики.Всем известно, что один из основных принципов адвокатской деятельности – «клиент всегда прав, любое желание клиента – закон».

Но, поскольку адвокат в своей деятельности руководствуется только законом (имеется в виду нормативный акт), из этого принципа вытекает исключение. Никакое желание клиента не может принудить адвоката к нарушению закона.

Указанный выше принцип можно перефразировать – «любое ЗАКОННОЕ желание клиента – закон». В свою очередь и со стороны адвоката не должно быть ничего противозаконного.Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого.

Отказ может выражаться как прямо (заявление адвоката), так и косвенно (пассивное участие в процессе). Как правило, в случае отказа адвокат стремится обезопасить себя от возникновения конфликта позиций межу ним и клиентом. Иногда адвокаты требуют от клиента заявления об отказе от защитника; отказ от адвоката принимает недобровольный характер и оказывается не чем иным, как замаскированным отказом адвоката от защиты.

А это влечет дисциплинарное взыскание.

Если клиент не хочет изменить позицию, значит, изменить ее должен адвокат: у него нет альтернативы. Бесперспективность позиции, с точки зрения адвоката, означает лишь необходимость поисков новых путей защиты. Пример прямого отказа — приговором Верховного Суда Эстонской ССР был осужден К.

Виновным он себя не признавал.

Принявший на себя защиту адвокат просил в судебном заседании об освобождении от участия в деле, поскольку его позиция расходится с позицией подзащитного.

В связи с нарушением права обвиняемого на защиту Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР приговор отменила.Отказом от защиты не является отказ от подписания протоколов следственных действий, от ознакомления с материалами следствия, если существуют факты, свидетельствующие о том что адвокат принял на себя поручения и работал по нему, а также если данный действия были выполнены в интересах подзащитного.

Таким отказом адвокат может выразить свое несогласие с действиями органов расследования, привлечь внимание к нарушенным правам своего доверителя со стороны этих органов.

Теперь рассмотрим этические нормы, регулирующие работу адвоката непосредственно с делом.

Она начинается с принятия поручения.a)проблема принятия поручения;Вначале следует сказать, что адвокат обязан отреагировать в вежливой корректной форме на поступившее к нему обращение за помощью, независимо от того примет он его в дальнейшем ли откажется. Обратившийся должен знать какое решение принял адвокат.По данному вопросу существуют две основные принципиально отличные теории — закономерности (Бентам, Пикар, Невядомский) и избирательности (Васьковский, Мейер, Джаншиев). Представители первой теории считают, что адвокат, за исключением особых случаев, не может и не должен отказываться ни от какого дела.

Иначе он займет место судьи. Действительно, адвокат не должен выполнять функции суда, определяя законность, моральность и этичность позиции клиента. Конституция, являющаяся законом прямого действия, предусматривает что каждому в России гарантировано право на квалифицированную юридическую помощью, и никто не в праве решать, кто и почему этого права может быть лишен.

Если адвокат ставит принятие или непринятие поручения в зависимость от своей оценки нравственности позиции доверителя, то он принимает на себя роль судьи, в первую очередь нравственного. Подобная функция никак не свойственна адвокату.

Считается, что безнравственных законов не существует.

Отсюда некоторые исследователи делают вывод о том, что безнравственная, аморальная позиция доверителя должна быть признана одновременно и противозаконной. Поскольку адвокат должен строго следовать закону, он не имеет права принимать подобное поручение. Однако слабым местом данного утверждения является описанная выше ситуации – адвокат принимает на себя роль судьи, поскольку только суд вправе решать, что противозаконно, а что – нет.

Теория избирательности утверждает, что адвокат вправе и должен, в определенном смысле этого слова, выбирать дела, правда, выбирать не те из них, которые он хочет вести, а те, которые он вести по указанию закона однозначно не должен. Такими делами являются: 1) дела, в расследовании и решении которых принимает участие лицо, с которым адвокат состоит в родственных (свойственных) отношениях, 2) адвокат по данному делу ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам лица, обратившегося с просьбой о ведении дела, или участвовал ранее в деле в качестве судьи, свидетеля, прокурора, эксперта, переводчика или секретаря судебного заседания, 3) гражданское дело связано с уголовным делом, в котором адвокат участвовал ранее в качестве лица, производившего дознание, следователя, понятого или общественного обвинителя; 4) адвокат находится в родственных (свойственных) отношениях с другим адвокатом, который по тому же делу оказывает юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам обратившегося, а равно с адвокатом, который ранее оказывал такую помощь лицу с противоположными интересами по делу; 5) если разрешение спора может повлиять на его собственные имущественные интересы, поскольку он не сможет быть объективным.

Очень сложным представляется вопрос о принятии адвокатом поручения, когда его позиция расходится с общепринятой правоприменительной.

Понятно, что при данной позиции, выигрыш дела является сложным. Некоторые исследователи (в частности – Д. А. Ватман) считают, что в данном случае адвокат должен отказаться от принятия поручения.

Наша позиция заключается в то, что при возникновении данной ситуации адвокат вправе принять поручение, но обязан разъяснить доверителю возможность неблагоприятных последствий.Если адвокат проходит по делу как делу как свидетель, то от принятия поручения, он должен отказаться, только если ему достоверно известно или имеются веские основания полагать, что он является незаменимым свидетелем по данному делу. В остальных случаях законодательно запрещен допрос адвоката об обстоятельствах, ставших известными ему при оказании юридической помощи.Большинство авторов сходятся на том, что отсутствие правовой позиции является единственным основанием для отказа от принятия поручения. Формируя ее, адвокат оценивает законность интереса доверителя, достаточность доказательств и перспективу дела и исполнения решения суда.

Если хотя бы один из этих пунктов является недостаточным, адвокат обязан сообщить об этом доверителю и совместно с ним решить, что делать. Самому решать нечего не стоит.Если адвокатом становится юрист, в прошлом работавший прокурором, следователем, судьей или занимавший какую либо иную государственную должность, то ему следует проявлять особую осторожность при приеме поручения. Такой адвокат по возможности не должен принимать поручения, связанные с его предыдущим местом работы и его бывшими коллегами.

Иначе могут возникнуть сомнения в его объективности. По возможности адвокат не должен пользоваться правом отклонить предложение о выполнении определенной работы (когда оно у него есть), особенно если известно, что доверитель не сможет воспользоваться помощью другого адвоката. И, конечно же, адвокат не должен отклонять предложение доверителя принять поручение по его делу только потому, что сам доверитель и его проблема непопулярны или неинтересны, или потому что в дело вовлечены интересы высокопоставленных или влиятельных лиц, или потому что адвокат уверен в виновности обвиняемого.

Это недопустимо и влечет дисциплинарное взыскание.Можно сказать, что в данном случае принцип свободы договора ограничен.

Это происходит из-за специфического положения сторон: одной стороной является доверитель, которому необходима юридическая помощь и который сам себе ее оказать не может, а с другой стороны – адвокат, обладающий необходимыми познаниями для этого. Ограничение это прежде всего этическое.Адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю заверения и гарантии в отношении результата выполнения поручения, которые могут прямо или косвенно вызывать у обратившегося необоснованные надежды или представления, что адвокат может повлиять на результат другими средствами, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей.В отношениях с доверителем обязательно должны присутствовать честность и взаимное доверие, иначе эффективной защиты не будет. Исходя из этого, Кодекс профессиональной этики устанавливает, что при исполнении поручения адвокат в своих действиях исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки.

Сложной является ситуация, когда адвокат выявляет недостоверность предоставленных ему материалов. Разумеется, нельзя согласится с теми, кто говорит, что в данном случае адвокат может безнаказанно расторгнуть соглашение с доверителем, и что дисциплинарная ответственность здесь применятся не должна.

Такое поведение адвоката будет нарушать право доверителя на защиту, которое гарантировано Конституцией. Отчасти здесь можно винить адвоката в том, что он не сумел расположить доверителя, и поэтому ему следует продолжать работу в этом направлении. Итак, адвокат принял поручение, как уже, известно, у него нет права отказа.

В дальнейшей деятельности адвокат руководствуется только законом и нравственностью, и осуществляет защиту доверителя, руководствуясь только ими. В том числе и в решении возникающих этических проблем. Чаще всего возникает проблема альтернативной защиты и проблема коллизионной защиты.b)проблема альтернативной защиты;Если адвокат не поддерживает позиции доверителя, который не признает своей вины, главным доводом защитника в этой ситуации становится его ссылка на внутреннее убеждение.

В некоторых адвокатских образованиях это расценивается как грубейшее нарушение адвокатской этики, и адвоката в подобных случаях наказывают; в других такое явление считают нормальным явлением, так как адвокат свободен в выборе позиции.

Между тем этот вопрос имеет принципиальное значение: он связан с положением адвоката в уголовном процессе, характером его отношений с клиентом, приоритетами при осуществлении защиты и т.п.В действующем законодательстве прямо не говорится, что адвокат в своей деятельности руководствуется своим внутренним убеждением.

Но в Кодексе профессиональной этики адвоката сказано, что в своих действиях адвокат руководствуется своей совестью, что можно прировнять к внутреннему убеждению. Здесь и возникает конфликт убеждений адвоката и интересов доверителя. Свою позицию адвокат выбирает исходя из интересов доверителя: смягчение наказания, переквалификация преступления, оправдание.

Адвокат и доверитель занимают одну и ту же позицию или же адвокат занимает более радикальную позицию, чем доверитель. Доверитель вправе рассчитывать на всемерную помощь адвоката, независимо от того, считает адвокат его позицию обоснованной или необоснованной.

Если доверитель не признает себя виновным, то адвокат должен добиваться его оправдания.

В подобной ситуации ссылка адвоката на смягчающие обстоятельства и даже просьба о переквалификации приобретают не защитительный, а обвинительный характер: доверитель отвергает свою вину, защитник же не оспаривает, а, напротив, признает ее; доверитель просит вынести оправдательный приговор, а адвокат — обвинительный. Такая защита — это переход на сторону обвинения, какими бы оговорками он ни сопровождался.

Встречаются и такие ситуации, когда доверитель не осознает своего процессуального интереса.

Он может признавать свою вину, хотя в его действиях, с точки зрения адвоката, нет состава преступления или нет достаточных доказательств его вины. И в этом случае адвокат должен занять оправдательную позицию. Однако большинство исследователей считают, что в данной ситуации адвокат должен действовать, как ему подсказывает его опыт и с этой точки зрения оценивать перспективы дела.

На наш взгляд такая позиция представляется не совсем верной.

С точки зрения своего опыта адвокат должен решить, насколько доверитель осознает свой процессуальный интерес, и если он видит, что эта степень минимальна, то в подобном случае он должен занять оправдательную позицию.c)проблема коллизионной защиты.Коллизионная защита — это защита интересов подзащитного, когда интересы подозреваемых или обвиняемых по делу прямо противоположны друг другу. Такая ситуация возникает при совершении преступления в соучастии. В этом случае при доказательстве вины одного фигуранта по делу делается вывод о невиновности другого фигуранта по делу.Пример удачного использования коллизионной защиты, когда один из обвиняемых берет всю вину на себя, снимая вину с других фигурантов по делу.

В этом случае такой обвиняемый снимает и с себя применение таких квалифицирующих признаков как совершение преступления в соучастии, за счёт чего достигается более лёгкая квалификация, когда становится возможным применение наказания без лишения свободы. Но такое бывает очень редко. Гораздо чаще встречается обратная ситуация.Как уже много раз говорилась, выше адвокат не может ради своего подзащитного отягощать, имея возможность избежать этого, положение других подсудимых, превращаясь в их обвинителя. Коллизия не способствует защите своего доверителя, а, наоборот, помогает процессуальному противнику.

Такие коллизии, находящие отражение в процессуальном поведении и речах их защитников, имеет свою отрицательную сторону: каждый из защитников своими доводами как бы подкрепляет аргументы обвинения в отношении других.Искусство защиты в коллизионных процессах состоит в том, чтобы, не обвиняя других подсудимых, не содействуя отягощению их участи, найти убедительные доводы в пользу подзащитного.Вступая в дело, во всех случаях, первое, что необходимо сделать адвокату – это решить как устранить имеющуюся по материалам дела коллизию между подсудимыми.

Лучший способ – это совместное обсуждение позиций по делу с другими адвокатами, с целью найти единую защитительную линию.

Следует стремиться не обострять имеющиеся противоречия и не создавать новые, а пытаться искать и находить обстоятельства, ведущие к сближению интересов и стремлений подсудимых.

Нужно помнить, что при всех противоречиях, всегда есть и общая линия защиты всех подсудимых, и этой линии должны придерживаться все адвокаты.

Иначе защита может провалиться, а адвокат – получить дисциплинарное взыскание.Если адвокат защищает лицо, изобличающие других подсудимых, следует помнить, что признание подсудимым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении признания совокупностью других доказательств по делу. Поэтому, если показания подсудимого-оговорщика по отдельным эпизодам обвинения ничем не подтверждены, если эти признательные показания являются не только оговором, но и самооговором, то в интересах самого подзащитного необходимо, чтобы объем обвинения уменьшился.

В связи с этим в интересах правосудия и в пользу подзащитного, а, следовательно, других подсудимых адвокат может и должен оспаривать такие показания подзащитного. Но, прежде всего, он обязан разъяснить ему безнравственность его линии защиты, ее практическую несостоятельность, порекомендовать подзащитному отказаться от самооговора, а тем более от оговора. Несогласие позиций клиента и адвоката является уже описанной выше проблемой альтернативной защиты.Бывает так, что коллизии избежать не удается.

Вот только в таких случаях обвинения других подсудимых, которых адвокат не защищает, могут иметь место и быть оправданы, но если иным путем невозможно в полной мере защитить интересы своего подзащитного. Отягощать положение других подсудимых адвокат может только тогда, когда это является неизбежным и незаменимым способом защиты своего подзащитного от неправильно возведенного на него обвинения. В противном случае отягощение положения подсудимых даже при наличии коллизий не является нравственно оправданным способом законной защиты и является ничем иным, как нарушением этических основ адвокатской деятельности, что влечет дисциплинарное взыскание.

Все же, если интересы подсудимых противоречивы и успешная защита подзащитного в той или иной мере может отягчить положение других подсудимых, адвокат должен сделать все, что возможно в интересах своего подзащитного, но он не в праве занять позицию обвинителя в отношении других подсудимых. Всякие действия защитника против других подсудимых оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полном объеме защита его подзащитного. Отягощая в этих случаях положение других подсудимых, адвокат выполняет свой долг перед своим подзащитным.

Адвокат вправе в такой ситуации доказывать виновность других обвиняемых.

Он не может и не должен уклоняться от участия в коллизии и выяснение соответствующих доказательств в таких случаях составляет прямой долг и задачу защитника.Адвокат-защитник не должен без необходимости ухудшать положение других подсудимых. Всякие действия адвоката против других подсудимых, чьи интересы противоречат интересам подзащитного, оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полной мере защита его доверителя. Адвокат – не обвинитель, его функция состоит в совершенно ином.

Любые «обвинения» со стороны защитника должны быть подкреплены вескими доказательствами. В противном случае, адвокат может быть привлечен не только к дисциплинарной ответственности, но и к иной юридической.Участие адвоката-защитника в судебном заседании заканчивается обжалованием приговора. Это требование нашло отражение в Кодексе профессиональной этики.Адвокат-защитник должен обжаловать приговор, вынесенный в отношении своего подзащитного по его просьбе, а также, если подзащитный является несовершеннолетним или страдает психическими недостатками, и суд в приговоре не разделил позицию адвоката и назначил более тяжкое наказание или за более тяжкое преступление, чем просил адвокат, или если имеются правовые основания для смягчения приговора.

Иначе это будет отказ от защиты.Адвокат-защитник, в первую очередь, должен обжаловать приговор, вынесенный в отношении своего подзащитного:1) несовершеннолетнего или страдающего психическими недостатками;2) если суд в приговоре не разделил позицию адвоката-защитника и назначил более тяжкое наказание или за более тяжкое преступление, чем просил адвокат;3) если адвокат усматривает наличие правовых оснований для смягчения приговора.Если осужденный, кроме несовершеннолетних и лиц, страдающих психическими недостатками, возражает против обжалования приговора, адвокат должен по возможности получить от него письменный отказ от обжалования приговора, чтобы избежать вопросов со стороны адвокатского сообщества.Подводя итог всему вышесказанному, можно сказать, что все нормы адвокатской этики базируются на нормах этики общей.

От адвоката требуется вежливое и корректное поведение в отношениях иных участников процесса, честность и доверие в отношениях с клиентом.

Это не только правила, но и залог успешной работы. И, безусловно, соблюдение закона. Это уже давно стало не только этической нормой, но и нормой права.

Бюллетень Верховного суда СССР 1972, №3, с.25 Материалы архива Адвокатской палаты города Москвы. Адвокатская деятельность. http://lawyery.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=12&Itemid=4 Там же. Адвокатская деятельность. http://lawyery.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=12&Itemid=4 И.

РЕЗНИЧЕНКО Защита клиента, не признающего своей вины http://www.lawmix.ru/comm.php?id=5787 Нравственные критерии защиты в групповых делах http://www.jourclub.ru/5/468 Там же. Нравственные критерии защиты в групповых делах http://www.jourclub.ru/5/468

отказ адвоката от осуществления защиты

» » На чтение 4 мин.

№ 124283. 23 октября 2008 в 12:03 Москва Скажите пожалуйста, в каких случаях адвокат имеет право отказаться от осуществления защиты. Спасибо. Тема: , Ответы юристов , Санкт-Петербург Частная юридическая практика №69093.

23 октября 2008 в 12:17 Здравствуйте, Заур. Статья 10 1. Закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя.

Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона или нарушению правил, предусмотренных настоящим Кодексом, не могут быть исполнены адвокатом. 2. Адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения, которые могут прямо или косвенно свидетельствовать о том, что адвокат для достижения этой цели намерен воспользоваться другими средствами, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей.

3. Адвокат не должен принимать поручение, если его исполнение будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения. 4. Адвокат не должен ставить себя в долговую зависимость от доверителя.

5. Адвокат не должен допускать фамильярных отношений с доверителем. 6. При отмене поручения адвокат должен незамедлительно возвратить доверителю все полученные от последнего подлинные документы по делу и доверенность. 7. При исполнении поручения адвокат исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки.

8. Обязанности адвоката, установленные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, при оказании им юридической помощи бесплатно в случаях, предусмотренных этим законодательством, или по назначению органа дознания, органа предварительного следствия, прокурора или суда не отличаются от обязанностей при оказании юридической помощи за гонорар. 9. Если после принятия поручения, кроме поручения на защиту по уголовному делу на предварительном следствии и в суде первой инстанции, выявятся обстоятельства, при которых адвокат был не вправе принимать поручение, он должен расторгнуть соглашение.

Принимая решение о невозможности выполнения поручения и расторжении соглашения, адвокат должен по возможности заблаговременно поставить об этом в известность доверителя с тем, чтобы последний мог обратиться к другому адвокату. Статья 11 1. Адвокат не вправе быть советником, защитником или представителем нескольких сторон в одном деле, чьи интересы противоречат друг другу, а может лишь способствовать примирению сторон. 2. Если в результате конкретных обстоятельств возникнет необходимость оказания юридической помощи лицам с различными интересами, а равно при потенциальной возможности конфликта интересов, адвокаты, оказывающие юридическую помощь совместно на основании партнерского договора, обязаны получить согласие всех сторон конфликтного отношения на продолжение исполнения поручения и обеспечить равные возможности для правовой защиты этих интересов.

Статья 13 1. Помимо случаев, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, адвокат не вправе принимать поручение на осуществление защиты по одному уголовному делу от двух и более лиц, если: 1) интересы одного из них противоречат интересам другого; 2) интересы одного, хотя и не противоречат интересам другого, но эти лица придерживаются различных позиций по одним и тем же эпизодам дела; 3) необходимо осуществлять защиту лиц, достигших и не достигших совершеннолетия.

2. Адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на осуществление защиты по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты, кроме случаев, указанных в законе, и должен выполнять обязанности защитника, включая, при необходимости, подготовку и подачу кассационной жалобы на приговор суда в отношении своего подзащитного. Адвокат, принявший поручение на защиту в стадии предварительного следствия в порядке назначения или по соглашению, не вправе отказаться без уважительных причин от защиты в суде первой инстанции.

3. Адвокат-защитник не должен без необходимости ухудшать положение других подсудимых.

Всякие действия адвоката, направленные против других подсудимых, чьи интересы противоречат интересам подзащитного, оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полной мере защита его доверителя. 4. Адвокат-защитник обязан обжаловать приговор: 1) по просьбе подзащитного; 2) при наличии оснований к отмене или изменению приговора по благоприятным для подзащитного мотивам; 3) как правило, в отношении несовершеннолетнего, если суд не разделил позицию адвоката-защитника и назначил более тяжкое наказание или наказание за более тяжкое преступление, чем просил адвокат. Статья 14 1. При невозможности по уважительным причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании или следственном действии, а также при намерении ходатайствовать о назначении другого времени для их проведения, адвокат должен заблаговременно уведомить об этом суд или следователя, а также сообщить об этом другим адвокатам, участвующим в процессе и согласовать с ними время совершения процессуальных действий.

2. Адвокат вправе беседовать с процессуальным противником своего доверителя, которого представляет другой адвокат, только с согласия или в присутствии последнего. По всем вопросам звоните 7 (991) 010 43 10 Post Views: 320

Есть ли у защитника способы технично выйти из дела, если ему не платят

Для начала – как на все это смотрит Юрий Михайлович.

Вообще говоря, коллега склонен к обоснованию своей позиции аргументами сугубо этического порядка. Он уверен, что

«адвокат, принявший на себя обязательство защищать доверителя, в соответствии со смысловым содержанием профессии не вправе отказаться от исполнения своей профессиональной обязанности до того момента, когда исчезнет потребность в дальнейшей защите или когда доверитель в установленном законом порядке откажется от услуг своего адвоката»

.

Далее, разумеется, идут доводы о «нравственных критериях и традициях адвокатуры».

Для целей принципиального разбора этой позиции мне хотелось бы отказаться от апеллирования к несколько изощренно-искусственной правовой конструкции московских коллег, что это вовсе не адвокат отказывается от продолжения защиты, а доверитель (при известном условии, когда в соглашении записывается норма типа

«невнесение гонорара признается сторонами односторонним расторжением соглашения по инициативе доверителя»

). Сказанное не означает, что я эту позицию осуждаю, – вполне себе рабочий вариант.

Просто хочется разобрать ситуацию в ее незамутненном виде. Поэтому порассуждаем с помощью Юрия Михайловича в рамках заданной им нравственной парадигмы. Скажите, пожалуйста, разве государство гарантирует гражданину право на защиту, условно говоря, от адвоката Плевако?

Отнюдь. Это подтвердил Конституционный суд РФ.

Закрепленное в Конституции РФ право обвиняемого пользоваться помощью адвоката не равнозначно праву на бесплатный выбор любого понравившегося адвоката. При этом я особенно настаиваю на слове «бесплатный».

Ибо платить по соглашению доверитель отказывается.

Возможность же прекращения в такой ситуации действия соглашения либо его расторжения является естественным правовым механизмом для выхода адвоката из процесса. Ибо оснований для участия адвоката в деле ровно два – соглашение или назначение.

Третьего не дано. И это вполне себе нравственная история. Любопытно, что в своем интервью (да и в публикации тоже) Юрий Михайлович проговаривается – при неоплате адвокатам

«удается… как-то латентно решать [проблему] с клиентом и выходить из положения»

.

Что значит «как-то удается»? С нарушением норм высокой морали? Согласитесь, доводы нравственного порядка при таком релятивистском подходе неубедительны.

Не вполне работает и примененная коллегой аналогия с врачами. Мой оппонент говорит примерно так: «Отказаться от защиты!

Да это похоже на то, что доктор откажется от помощи, когда у пациента закончились деньги». Но в определенном смысле в медицине так и делается.

Есть обязательная помощь в пределах ОМС (весьма, разумеется, узкий набор услуг, эстетическую пластику никто делать не будет). Но это не означает, что помощь эту должен оказывать лично профессор Бокерия или доктор Малышева. И если вы по своему богатству попали в платную клинику, но со временем у вас закончились деньги, будьте уверены – вас не будут лечить всю оставшуюся жизнь.

Как только вы закончите оплачивать услугу и минует опасность для жизни, пойдете как миленький в районную поликлинику. А это и есть аналогия назначения в уголовном судопроизводстве.

Но ключевые слова в моей мысли – «как только минует опасность для жизни».

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+